Oops! It appears that you have disabled your Javascript. In order for you to see this page as it is meant to appear, we ask that you please re-enable your Javascript!
Братья Баттал — Бертуган Батталлар
17Апр/200

О романе «Ватан», часть 3

Презентация этого сочинения Рафиса Курбана, которая состоялась 28 января 2019 года, вызвала очередную порцию предсказуемых отзывов, в которых этот роман расхваливается, только остаётся неизвестным, за что. Предлагаю попробовать представить логику их авторов.

30 января 2019 года в издании Intertat.ru (со ссылкой на Tatar-inform.tatar) появился репортаж «Рафис Курбан познакомил татарскую общественность с внуком Мусы Джалиля Камилем». («Рафис Корбан татар җәмәгатьчелеген Муса Җәлилнең оныгы Камил белән таныштырды»). Цитирую: «…В татарской государственной филармонии имени Тукая был представлен роман писателя «Ватан». Роман Рафиса Курбана «Ватан» посвящён герою-поэту Мусе Джалилю и беспримерному подвигу бойцов легиона «Идель-Урал». Сразу же после выхода в журнале «Казан утлары»… роман получил положительные отзывы литературоведов… Заслуживает внимания и то, что на вечере были представлены дети Джалиля, родившиеся в разных семьях…».


В этом же репортаже приводятся и отзывы специалистов. Доктор исторических наук, академик Искандер Гилязов: «Историки имеют дело с фактами, и не могут отступать от них. Задачи исторического романа несколько иные. Рафис Курбан, как автор исторического романа, опираясь на факты, ответил на вопрос: как мы оценивам Вторую Мировую войну и подвиг Мусы Джалиля? Я бы отметил его серьёзный подход к историческому роману и к изучению фактов»; доктор исторических наук, член-корреспондент военно-исторической академии России Рустем Гайнетдинов: «В последние годы вышло много произведений на эту тему, в том числе киносценариев. Среди них есть и такие, которые ушли далеко от фактов. А Рафис Курбан всё сделал /изобразил/ точно; у него есть литературный вымысел, но документальная основа сохранилась. В роман вошли сведения о трёх семьях Джалиля; он дорог новым подходом /взглядом на вещи/».

Отсюда у меня, как читавшего роман, возникают естественные вопросы. Как, в каком его месте описан «беспримерный подвиг» бойцов легиона «Идель-Урал? Все военнопленные, встретившиеся Джалилю в плену, хоть и положительные персонажи, но, несмотря на приобретённый ими боевой опыт, они почему-то плохо соображают, что подпольная борьба – это опасное занятие, и потому оказываются нуждающимися в постоянном присмотре со стороны товарища, учившегося на политрука, и согласовании с ним каждого своего шага. Как Р. Курбан оценил Вторую Мировую войну и на какие факты он опирался, описывая подвиг Мусы Джалиля? Где Р. Курбан демонстрирует серьёзный подход к изучению фактов, если у него они перевраны?

Моим естественным желанием было услышать мнение о романе непосредствено от авторов этих отзывов, а не только в пересказе авторов репортажей. Из таковых мне удалось поговорить с кандидатом филологических наук, литературоведом, доцентом КФУ Миляушой Мухаметзяновной Хабутдиновой. Я увидел её отзыв о презентации романа «Ватан» на еë странице ВКонтакте от 29 января 2019 года, в котором она, в частности, написала: «Учёные, литературоведы, критики… отметили достоинства книги (бережное отношение к историческим фактам, многомерность изображения, психологизм образов, патриотический пафос...)», и дала высокую оценку концерту в филармонии, на котором были исполнены песни на слова М. Джалиля и Р. Курбана.

В интернете я нашёл электронный адрес Хабутдиновой и послал ей соответствующий вопрос. Ответа не было очень долго; никто не отвечал и по служебному телефону КФУ. Поэтому я решился попросить её номер у нашего общего знакомого. Таким образом, 6 марта я смог поговорить с Миляушой ханум. Она была в дороге, но ответила, что не получала моего письма; что роман Курбана она прочитала, но не может назвать его совершенным, это не его тема; Муса Джалиль и так уже «отутюжен» Рафаэлем Мустафиным, но она не против романа, потому что он переведён на три языка и «распространяет положительную информацию о татарском народе». (Вообще-то сообщалось, что «Ватан» переведён на на два языка – русский и балкарский – ФБ).

Наш основной разговор состоялся после возвращения Миляуши ханум в Казань. Спасибо ей за то, что она не отмахнулась от меня и даже позвонила сама после ознакомления с нашим сайтом, начав отвечать по существу моего вопроса. Она сказала, что теперь произведения публикуют без рецензирования, а это ведëт к «десакрализации татарского культурного компонента», и постепенно перешла на описание способов решения этой проблемы и своего противостояния с Союзом писателей и министерством культуры. Но фактически наш разговор оказался её монологом, под которым были погребены практически все мои попытки вставить несколько слов. Только в самом его конце выяснилось, что роман Миляуша Мухаметзяновна «один раз пролистала, но не изучала», как не изучала и «группу Мусы Джалиля» (видимо, историю группы – ФБ), а Рафису Курбану она благодарна за «актуализацию» сведений о ней; если советское поколение ещë знало историю, наши дети еë не знают; что мы сейчас не можем разрушать миф о Джалиле, потому что этот шаг отрицательно отразится на судьбе татарского народа, а «Муса Джалиль, правда там или неправда - перемешано всë, но надо признать, что он тоже казнëн, упал под этой гильотиной»; что «Не надо разрушать миф о Джалиле потому, что только два имени из всей культуры (с Тукаем – ФБ) стало достоянием мира и России, и на таких «дубах» держится мир»...

Посчастливилось мне и получить ценные советы. Оказывается, у меня есть только один выход: публиковать в соцсетях «нормальную, не эмоциональную, подтверждëнную архивными документами информацию» (о наших дядях - ФБ); пока я жив, я должен эту информацию разместить, не оскорбляя кого-то; если у меня жизнь прошла, а я этого не делаю, я совершаю преступление против своего дяди... или прадеда, или какого-то родственника...

Отсюда следует очередная серия вопросов, задавленных моей собеседницей «на корню».

Честно говоря, я не понял, что означает выражение «десакрализация культурного компонента». (Кто считает, что понял, всё-таки не поленитесь найти слово «сакральный» в словаре иностранных слов). Как можно «актуализировать» сведения о группе Джалиля без новых фактов ещё больше, чем это сделал Рафаэль Мустафин и др.? Откуда я должен был понять, что Миляуша ханум в своём отзыве говорила только о концерте, а не о книге, читая такие её слова о «несовершенном» романе: «Р.Курбан транслирует в мир информацию о подвиге, мужестве татар в годы Великой Отечественной войны, об их преданности родине, о трагедии татарской эмиграции... Писателю удалось продемонстрировать единство тюркского мира, восхищенного подвигом легендарных сынов татарского народа. В романе огромное место уделяется теме родины, родного языка… Спасибо Вам, Рафис абый, Вы преподнесли своему народу воистину царский подарок, продемонстрировали богатство и неисчерпаемость татарского духа!!!»?

По словам Миляуши ханум, «У нас уже теперь такое преступление совершается, что с творчеством Муса Джалиля практически людей не знакомят, даже песни не звучат...». И это при том, что Джалиля чествуют минимум два раза в год – в дни его рождения и гибели, и при этом звучат его стихи и песни? И она же сказала мне в разговоре 6 марта: «Муса Джалиль, Тукай – народ устал от них». Если людей не знакомят с творчеством Джалиля, тогда от чего они устали?

М. Хабутдинова признаёт, что о Джалиле создан именно миф, но заявляет, что его не надо разрушать. Как его воображаемое разрушение может «отрицательно» повлиять на судьбу татарского народа? А разве не двусмысленно выглядит признание права на существование мифа о Джалиле, то есть выдумок, небылиц о нём? И разве это не задача писателей, литературоведов, критиков и др. – сохранять правду о знаменитостях, и причисляемых к «достоянию мира» - тем более? Значит, защищать от выдумок имена Наки Исанбета, Аяза Гилязова, Хади Такташа, чем занимается Миляуша ханум, нужно, а Джалиля – нет?

В чём смысл этого выражения: «Мы сейчас не можем разрушать миф о Джалиле, потому что придётся признать, что Муса Джалиль тоже казнëн и упал под этой гильотиной»? Если «Мы сейчас не можем разрушать миф о Джалиле», то когда, интересно, сможем это дело начать? А то, что Джалиль был казнён, признано давным-давно.

Как весь мир может держаться на именах только Тукая и Джалиля? (Это что получается, американец Джон Ромеро дезинформировал меня?). Что же мешает нашим литераторам (писателям, журналистам и т.п.) пропагандировать по всему миру имена и других – настаиваю на таком определении – не менее заслуженных и известных писателей и поэтов? Например, 17 октября 2019-го в Национальном музее состоялась творческая встреча «Круглый стол», посвящённая писателю Наби Даули, на которой группа, прошедшая по местам в Германии, связанным с этим писателем – участником войны, рассказала о результатах своей поездки. На этой встрече заместитель директора института истории имени Ш. Марджани, руководитель Центра истории и теории национального образования Марат Мингалиевич Гибатдинов произнёс золотые слова: «Сколько в нашей истории благородных, авторитетных личностей; мы даже не знаем имена их всех. Знаем только великих – Тукая, Марджани, Джалиля... Они, конечно, великие; конечно же, их тоже надо знать, но их же было не трое, были и другие великие личности...». М. Гибатдинов далеко не первый, кто произносит такие очевидные слова, но я привёл их потому, что с трудом «вклинился» с такой же мыслью в монолог Миляуши ханум. В ответ я получил её разъяснение, что всё же могу «уточнять» миф о Джалиле, и далее – если я ничего не делаю, а жизнь прожита, то совершаю преступление и т.д. Я не представляю, как можно уточнять мифы. По-моему, это то же самое, что поддерживать их; в данном случае – поддерживать пустившую корни в умах людей ущербную историю о подпольщиках группы Курмаша.

К слову, на этой же встрече писатель Гарай Рахим спросил, что в Германии знают о татарах, как немцы представляют их себе. Ответ заместителя директора школы из Саксонии: этого они не знают; они изучили около трёхсот немецких школьных учебников истории, и в них упоминается три или четыре татарина, и то в понятии «татарское нашествие». Выходит, мир – по крайне мере, его германская часть - действительно держится на двух-четырёх татарских именах, но по какому-то недоразумению не на тех, каких нужно…

14 февраля 2020 года в Tatar-inform.tatar появился репортаж об открытии на доме, где провёл свои последние годы жизни писатель Амирхан Еники, соответсвующей мемориальной доски. («Минтимер Шәймиев Әмирхан Еникинең иҗади мирасын танытырга кирәклеген әйтте»). Приводятся такие слова, сказанные на церемонии открытия Государственным Советником РТ М. Шаймиевым: что проводится большая работа по изданию произведений А. Еники на различных языках, и что нужно и далее продолжать работу по распространению творческого наследия писателя. В тот же день в том же издании появилась статья «Әмирхан Еники әсәрләре белән Чехия, Германия, Американың әдәбият сөючеләре танышачак», которую стоит процитировать полнее: «Произведения Амирхана Еники, переведённые на различные языки, будут представлены в таких странах, как Чехия, Германия, Америка. Об этом во время торжественного открытия в Казани мемориальной доски, посвящённой памяти писателя, 14 февраля рассказала доцент КФУ Гульшат Сафиуллина. Она сообщила: «В марте этого года мы планируем представить книгу А. Еники «Невысказанное завещание» вниманию жителей Германии, а в мае – Чехии. Осенью думаем познакомить с произведениями А. Еники любителей литературы Америки, - сказала учёная, отметив, что эти сочинения также войдут в программу Глобальных языков Оксфордского университета Англии; - Сведения о сочинениях А. Еники вошли в сайт «Интерактивный словарь Оксфорда». (У меня к этому только одно дополнение: круг писателей из Татарстана, и не только писателей, достойных пропагандирования в мире, разумеется, не ограничивается Тукаем, Джалилем, Марджани и Еники).

Инетересно, что бы Миляуша Мухаметзяновна ответила не мне, безвестному племяннику одного из подпольщиков, а заместителю директора института истории имени Ш. Марджани, руководителю Центра истории и теории национального образования, или своей коллеге-учёной из Федерального Университета, или Государственному Советнику республики Татарстан? Что они не вовремя начали разрушать миф о Джалиле, пропагандируя других писателей Татарстана?

И, наконец, было неловко после её взволнованного рассказа, включавшего сочные выражения и характеристики и не допускавшего возражений, слышать совет писать о своих родственниках «не эмоционально, подтверждая документами, и без оскорблений». Повторяю: покажите мне место на нашем сайте, где были бы мои эмоции и оскорбления, или утверждения, не подкреплённые ссылками на серьёзные источники.

Кое в чём я согласен с Миляушой Мухаметзяновной; например, с её объяснением происхождения публикации слабых произведений. Более того, у меня вызвала уважение её смелость, проявленная… нет, не в нашем разговоре, а в её интервью изданию Intertat.ru, опубликованному 4 декабря 2019 года: «Миләүшә Хәбетдинова: «Нәкый Исәнбәтне донос язуда, бурлыкта гаепләргә нигез юк!». Кроме прочих писателей, она упоминает здесь и Джалиля, давая его довоенному творчеству, скажем так, непривычную оценку, с которой я согласен. (Вспомните привычные оценки, и поймёте, о чём это я). Настолько непривычную, что это интервью исчезло из главной страницы Intertat.ru на следующий же день, а в марте-апреле 2020 года – вообще из этого сайта. (Был его вариант на русском языке, но в нём эта оценка смягчена практически до исчезновения). Тогда зачем называть Джалиля одним из «дубов», на котором держится мир?

(Вообще-то очень скромная оценка довоенного творчества Джалиля – давно не новость. Для примера могу назвать интервью его сослуживца В. А. Кузнецова – в 1942 году ответственного секретаря газеты Второй Ударной армии «Отвага»; см. книгу М. Черепанова «Зачем живым Долина смерти?», глава 2, стр. 168 и 172. Что, разумеется, не умаляет заслуг Джалиля как подпольщика).

Миляуша Мухаметзяновна справедливо говорит, что Муса Джалиль вдоль и поперëк «отутюжен» Рафаэлем Мустафиным. В подтверждение этих слов могу напомнить также его статью «Халык шагыйре, халык каһарманы» в журнале «Казан утлары» № 2, 2006 года (стр. 114-125), в которой он приводит щекотливые сведения о поэте. Не останавливаюсь на её содержании потому, что оно не менее непривычно, чем мнение Миляуши ханум, и сообщаемые в ней новости вообще-то давно известны общественности. (Обращаю ваше внимание: в этой статье Р. Мустафина нет унижения Джалиля - так же, как у Хабутдиновой. Не думаете же вы, что сам Рафаэль Мустафин стал бы бросать тень на светлый образ поэта, в создание которого он вложил столько сил?). И, конечно, нельзя не упомянуть писателя Г. Кашшафа, который первым собрал искренние воспоминания современников о поэте в книге «Муса турында истәлекләр».

А теперь вопрос: как вы думаете, почему Р. Курбан не стал «транслировать в мир» любопытные детали даже из книги Кашшафа, не говоря уже о названной статье Мустафина, использовав их в своём романе? Очевидно, потому, что имена личностей, называемых «символами народа», быстро становятся безотказным средством собственной рекламы практически для любого желающего и значительно облегчают фигурам покрупнее дорогу к очередной литературной премии, а щекотливые подробности об этих «символах» наверняка похоронят мечту об этой заветной цели.

Вот одно авторитетное мнение. (Куда без авторитетов! Если бы не они, я постоянно выглядел бы лишь обиженным, «эмоциональным» родственником одного из героев). В данном случае авторитет – это та же Миляуша Мухаметзяновна. Вот отрывок из репортажа «В татарском театре поставят оперу на русском языке» в «Idel.Реалии» («Азатлык Радиосы») от 25 января 2020: «25 января на пресс-конференции, состоявшейся в министерстве культуры Татарстана, стало известно, что в Татарском государственном театре драмы и комедии имени Карима Тинчурина будут ставиться оперы малого формата… Речь идет о "Минем Такташ" (авторы — Рузаль Мухамметшин, Ильяс Камал). Родственница Хади Такташа, литературный критик Миляуша Хабутдинова выступает против того, чтобы личность поэта была каким-то образом унижена. «Сегодня личности используются в коммерческих целях…», — говорит она». (Выделено мною – ФБ. И почему только сегодня?).

И, как подтверждение сказанному – ожидавшееся событие, о котором я писал в статье «В завершение 2019 года». 29 января 2020-го в Intertat.ru появилась статья «Достойнейшие из достойных: обзор /списка/ писателей – претендентов на Тукаевскую премию». («Лаеклыдан да лаек кем лаек: Тукай премиясенә дәгъва итүче язучыларга күзәтү»). Из неё мы узнаём, что Р. Курбан решил попробовать счастья в получении Тукаевской премии: мол, его кандидатуру выдвинула администрация его родного Высокогорского района Татарстана; что он представляет на рассмотрение книгу «Песня друзей», сборник своих стихов и посвящённый Джалилю роман «Ватан» (я же говорю, что он только о Джалиле, а не о группе подпольщиков - ФБ); что один раз он уже предлагал эти свои книги и считает себя достойным этой премии; что среди других претендентов точно такие же люди, нисколько не лучше его. Ну и я тоже так и понял цель написания «Ватан», только ошибся в виде премии, которую Р. Курбан планировал получить...

В мартовском номере журнала «Казан утлары» (2020 г.) появилось любопытное письмо (стр. 163). Предлагаю ознакомиться со вторым, последним абзацем из него (в первом автор восторгается способностью Курбана сочинять романы, «которая свойственна только опытным мастерам пера»):

«Хоть я и взялась за перо под впечатлением от прочтения романа Рафиса «Ахмеров», считаю важным сказать о его романе «Ватан». Будучи 92-летним писателем-ветераном, посвятившим жизнь служению татарской литературе, считаю себя достойной, чтобы заявить членам комиссии по присуждению премии имени Г. Тукая при Президенте Татарстана, что представление Рафиса к Государственной премии имени Г. Тукая и вручение ему этой награды в год 75-летия Великой Победы и 100-летия образования ТАССР должны состояться именно за этот роман. Это произведение Р. Курбана достойно внимания благодаря рассказу о великом сыне нашего народа Мусе Джалиле, прославившем татарский народ на весь мир и совершившем беспримерный подвиг, его соратниках и о деятельности легиона «Идель-Урал» в новой плоскости, с точки зрения наших дней. О Джалиле и его соратниках написано много – и литературных произведений, и исторических исследований. История в романе описана при помощи серьёзных литературных приёмов. Достойно внимания то, что автор смог раскрыть масштабы испытаний, пройденных джалильцами, их мыслей, силу их разума и философских взглядов, и продемонстрировал свою способность к большим обобщениям. Саима Ибрагимова».

Нетрудно видеть, что моя оценка письма С. Ибрагимовой понятна из оценки романа (см. предыдущие заметки о «Ватан»). Версию о том, что автор романа «Ватан» мог попросить автора этого письма (как и администрацию Высокогорского района, да и не только их) поддержать его, мы, конечно же, с возмущением отвергаем: каждый имеет право высказаться в поддержку своих знакомых. Здесь представляют интерес железные «аргументы», доказывающие, по мнению писателя-ветерана, право Р. Курбана на Тукаевскую премию. Вот они: а). После «Ватан» Р. Курбан написал второй роман. (Правда, по словам М. Хабутдиновой, он подвергся очень серьёзной критике других писателей, но какое это имеет значение!); б). Сейчас идёт год 75-летия победы и 100-летия образования ТАССР; в). Автору девяносто два года. (Из этих аргументов самым сильным я считаю последний. Кто пробовал возражать человеку в солидном возрасте, тот поймёт меня).

Пытался я связаться и с историками, упомянутыми мною выше. Найдя в интернете электронный адрес Искандера Аязовича, 5 февраля я написал ему письмо с просьбой прокомментировать мой отзыв на роман «Ватан». Через пять дней Искандер ответил, что он находится в Германии, вернётся в конце марта; мой отзыв на нашем сайте он не читал, но прочитает, и предложил поговорить после его возвращения в Казань. 28 марта я, воспользовавшись тем же проверенным адресом, поинтересовался, как его дела, а 5 апреля с аналогичной просьбой я обратился и к Рустему Бадретдиновичу, уточнив его адрес у нашего общего знакомого. Пока, по прошествии полумесяца и до размещения в интернете этой заметки, которую вы читаете, ответа от них не поступало.

Я не тороплюсь делать выводы по этому поводу; мало ли может быть причин их молчания. (Например, в связи с объявлением пандемии у Искандера могли возникнуть трудности с возвращением из-за границы). Но чем дольше от них нет вестей, тем, к сожалению, более вероятным мне кажется такой их ответ – независимо от того, получу я его или нет. Мол, я «не так» понял идею романа; история легиона «Идель-Урал», изложенная в нëм, в целом соответствует фактам, а всякие мелочи не имеют значения, потому что авторы имеют право на вымысел и не обязаны знать обо всех первоисточниках, и в заключение – традиционная «приправа»: нужно, мол, понимать роль войны в судьбе народа, и тем более такой кровопролитной; нельзя делать скоропалительные выводы и т.п. (К сожалению, и такой вариант ответа можно назвать профессиональным - без кавычек, потому что пример «приправы», как всегда, взят мною из выступлений серьёзных историков). Был бы рад ошибиться в этом своём предположении, но на случай получения такого ответа напоминаю, что Рафис Харисович с начала 2015 года знал, что у нас накоплен некоторый исторический материал с подтверждающими источниками. Так что мешало ему связаться со мной для ознакомления с ними? Хотя бы для подстраховки, чтобы потом к нему не было вопросов?

Я по-прежнему уважаю Искандера Аязовича и Рустема Бадретдиновича за их исследования истории легиона «Идел-Урал», поэтому продолжаю надеяться на получение от них конкретного ответа по поводу моей оценки романа «Ватан» и происхождения их отзыва о нём.

На каком бы высоком уровне не исполнялись в филармонии стихи и песни Джалиля, в чём я не сомневаюсь, главной целью того вечера всё-таки был, конечно, не концерт. Когда новых фактов нет, а известные настолько «заезжены», что давно не вызывают ни малейшего интереса, неудивительно, что единственным «преимуществом» «Ватан» перед массой предыдущих, таких же безликих произведений и киносценариев на ту же тему, оказывается упоминание всех детей Джалиля, а на презентации - демонстрация этих детей публике (лично или в записи). Поэтому концерт – повторяю, сам по себе замечательный – в данном случае ожидаемо сыграл роль оглушительного фейерверка, отвлекающего аудиторию от пустопорожнего романа, и средства, облегчающего корреспондентам различных изданий сочинение хвалебных репортажей о презентации.

Вот такими мыслями я спешу поделиться, чтобы ненароком не совершить преступления против народа, своих дядей, дедов, прадедов и т.д. Пока я жив, как справедливо заметила мне Миляуша Мухаметзяновна..

Начало этой истории:
1. Эпос наших дней
2. "Ещё о романе «Ватан»"

Связано с категорией: Статьи Оставить комментарий
Комментарии (0) Пинги (0)

Пока нет комментариев.


Leave a comment

Нет обратных ссылок на эту запись.